О правах человека можно писать интересно

Вячеслав Абрамов – исполнительный директор Международного центра журналистики MediaNet, редактор сайта «Голос свободы Центральной Азии» и разработчик спецкурса «Права человека» в рамках проекта «Развитие независимых региональных СМИ посредством формирования качественной деловой журналистики».
Как сама тема гражданских прав касается множества проблем, так и наш разговор не смог пройти мимо больных вопросов СМИ Казахстана.

- Казахстанские журналисты нечасто пишут о правах человека. Чем вы это объясните?

– У нас, мягко выражаясь, не все хорошо со свободой слова.

Если делать карту свободы слова в Центральной Азии, то Казахстан будет не на первом месте. Наша страна в последние годы сделала несколько шагов назад в этой сфере. Не хочу драматизировать и утверждать, что это откат, но и говорить о развитии свободы слова я не могу.
В Казахстане мало говорят и пишут о проблемах прав человека, потому что говорить у нас об этом трудно.

- Может, потому что населению это не интересно?

– И британцы живут заботами прежде всего о самих себе. Но в то же время они хорошо понимают, что им нужно получать информацию из разных источников, они хотят создавать собственное мнение, основываясь на разных точках зрения.
У нас много лет людей лишают разных точек зрения и предоставляют только одну. Выверенную, надежную, написанную немного по-разному, но одну. Конечно, у казахстанцев есть маленький выбор из трех оппозиционных газет и Интернета – пока. Но нельзя говорить, что это широко развито.

- Вы видите, каким образом ситуация может измениться?

– Когда мы говорим, что население не заинтересовано в теме прав человека, надо добавлять, что его сделали таким пассивным. Людям действительно больше интересны развлекательные легкие темы, иногда – немножко связанные с социальными вопросами. Это будет продолжаться ровно до того момента, когда журналисты не начнут, видимо, с разрешения свыше, писать о политике, давать возможность высказаться разным людям с разными точками зрения. Когда этот процесс начнется, тогда и люди начтут интересоваться той же политикой. Пока у них, к сожалению, нет возможности выбирать.

- В связи с последними скандалами в Правительстве и кризисом казахстанцы стали живей интересоваться, что вообще происходит в стране?

– Безусловно, ведь речь идет о живых людях. Тот же Джакишев – отец пятерых детей, отличный менеджер, 10 лет успешно проработал в национальной компании. Тот же Алиев, Буркитбаев, Кулекеев – гражданам, может быть, и нужна встряска такими спорными делами, в справедливость которых они не верят. Ведь простым людям не сложно проанализировать ситуацию и понять, что страна движется куда-то не туда.
Сейчас мы наблюдаем стратегические ошибки властей, которые приведут к тому, что понимание общества изменится, и журналисты начнут писать откровеннее о политике. Дальше прокуратуре и КНБ уже нельзя будет действовать настолько топорно. Можно посадить одного, двоих, но когда это превращается в оголтелую охоту на ведьм, общество задумывается. Даже несмотря на мысли «если обижают богатых – это хорошо» и «меня это не касается», общество присмотрится к действиям властей и задумается, что в Казахстане что-то глубоко не так.

- Вы писали в своем блоге, что отмена права прокуратуры на закрытие сайта вас не обрадовала, а испугала. Объясните свою позицию.

– Я был уверен, что с этим законопроектом будет, как и с большинством наших скандальных законов – о религии, о НПО, о СМИ. На них накладывал вето Президент после того, как Конституционный совет признавал их неконституционными.
С законом об Интернете была такая же ситуация в моем понимании до тех пор, пока не была отвергнута эта норма, одна из двух наиболее спорных. В этот момент мне показалось, что закон все-таки готовится к принятию.
Если копать глубже, то понятно, что эта норма была далеко не ключевой и не была напрямую об Интернете. Она была обо всех СМИ и о возможностях генпрокурора. У Казахстана, поверьте мне, и без этой нормы широчайшие возможности приостановить работу СМИ. Мы видели пример сайта «Позиция», который в прошлом году по решению суда приостановили за разжигание межнациональной розни. Сейчас мы видим ситуацию с Livejournal.com.
Но этот законопроект нужен для того, чтобы ужесточить контроль и зарегулировать эту сферу окончательно, не оставить свободы вообще. А пункт убрали, чтобы потом делать оговорки «мы же сделали вам шаг навстречу».

- Защитники закона говорят, что такая паника преувеличена. Мол, просто соблюдайте законы, и все будет в порядке.

– Но вопрос стоит в том, что нужно будет модерировать те же комментарии на форумах. В разы увеличится самоцензура там, где ее вообще не должно быть. Если ты оскорбил человека, то ты должен быть наказан, и это правильно. Но если ты показываешь свое отношение к сложившейся ситуации, политическим партиям, и тебя за это могут преследовать, это чудовищно.
Фактически можно говорить о введении цензуры, и цензорами будут модераторы на форумах и чатах. Все, что напишу я как slavasay на форуме, или другой человек, все это будет кем-то вычитываться, и этот кто-то будет принимать решение, имею ли я право быть опубликованным или нет. У меня есть вопросы о компетентности этого человека, каким образованием он обладает, понимает ли он, о чем я пишу. Если речь о политике или экономике, всегда ли модерировать будут политологи и экономисты? Нет, конечно!
Есть большие шансы, что мое нейтральное мнение о политической ситуации не будет выдано на сайт, потому что модератор испугается. Многие сайты просто откажутся от возможности комментировать материалы. Это приведет к тому, что люди постепенно перестанут публиковать сообщения на эту тему. Все сведется к развлекательному контенту, легкому бреду, которого и сейчас достаточно в сети.

- Такое ощущение, что этот законопроект об Интернете вскрыл многие вещи в поле СМИ…

– Да, вскрылись принадлежность людей к разным группам, зависимость людей от АИС и его денег на какие-то проекты. Сейчас в этой сфере происходят процессы, о которых нельзя распространяться. И вот когда и их можно будет открыть, я думаю, Интернет-сообщество Казахстана будет очень удивлено.
Может это и не плохо, нам нужна такая встряска. Но все-таки я надеюсь, что у Казахстана хватит разума не принимать этот закон. Нехорошо выглядеть дураком стране, которая будет председателем ОБСЕ, и принимать документ, который вводит серьезные ограничения выражения своего мнения.

- Ты человек с жесткими взглядами. В каком ключе ты будешь подавать тему прав человека в рамках своего спецкурса?

– И в журналистике, которую я делаю, и в рамках занятий в MediaNet, и в этом спецкурсе я даю информацию абсолютно нейтрально. Я могу быть трижды поклонником оппозиции, но никогда не дам ей больше слов, чем партии «Нур Отан» там, где я буду модератором.
Моя задача – дать информацию о правах человека, о том, что это такое, какие есть международные документы, и к каким из них присоединился Казахстан, о том, что нужно знать журналисту о законодательстве, причем не только закона о СМИ, какие есть организации, которые занимаются этой тематикой. У моего спецкурса нет задачи показать ситуацию с правами человека в Казахстане. Журналист должен сам искать информацию и представлять ее в своем материале. Моя задача – дать инструментарий, который поможет понять ситуацию с правами человека в стране и описать ее.

- Что дает лично вам ваша специализация на правах человека?

– Здесь есть возможность быть уверенным в том, что ты делаешь полезное дело. Журналистам ведь очень важно понимать, что их работа кому-то нужна, что она кому-то помогает. Я не сторонник журналистики только как сообщения о факте – я долго занимался такой работой в информационных агентствах.
Через материалы о правах человека мы можем менять ситуацию, и есть яркие примеры среди журналистов, которые меняли ситуацию вокруг. Это Анна Политковская, мой абсолютный герой. Алишер Саипов в Кыргызстане. Почему-то привожу примеры людей, которых убили. Они делали свою работу ярко, честно и влияли на события.

- Вы говорите об опасностях, которые поджидают правозащитных журналистов. Такие перспективы вряд ли понравятся молодым журналистам.

– Поэтому очень важно, что есть этот проект спецкурсов для студентов-журналистов, он поможет открыть им некоторые области журналистики, которые никогда не пользовались популярностью – правозащитную, экологическую. Пишут о них сейчас по остаточному принципу. Мы же хотим дать возможность готовить журналистов, которые будут подкованы в этих сферах, которые будут искать сами дополнительную информацию, и помимо этого, в своей профессиональной деятельности ориентироваться именно на эти направления. Когда таких журналистов будет больше, будет меньше угроз для них. С одним человеком справиться очень легко – и история дает такие примеры. А с сотней человек справиться гораздо сложнее. Казахстану необходима независимая, а не паркетно-поддакивающая журналистика, которая существует сейчас.

- Писать о правах человека и оставаться нейтральным возможно в Казахстане?

– Очень сложно. Журналист, как правило, критикует государство и его действия по отношению к конкретному человеку. Тебя всегда будут подозревать в работе на оппозицию, на американцев, в том, что ты пытаешься очернить такое хорошее государство, чиновника или полицейского. Очень сложно у нас следовать международным стандартам, например, предоставлять точки зрения и тех, и других, и независимых наблюдателей. Часто это просто не возможно. Поймал себя на том, что иногда забываю дать строчку «Полиция отказалась комментировать ситуацию», потому что это уже полуторатысячный материал на сайте, и полиция в полуторатысячный раз отказалась от комментариев.

- В предварительном опросе половина преподавателей одного ВУЗа на вопрос «Есть ли у вас спецкурсы» ответили «Да», другая же «Нет». Чем это объясняется?

– Преподаватели по-разному понимают то, о чем идет речь. Спецкурсом они называют и предмет, связанный с историей литературы, то есть необязательный предмет. Но мы понимаем спецкурсы по-другому. Это не «специальные курсы», а «специализированные», которых действительно очень мало в Казахстане. И наша задача – предложить преподавателям дополнения к уже существующей программе.

- Расскажите немного об авторах спецкурсов.

– Большинство – это журналисты, все опытные в своей сфере. «Журналистское расследование» будет делать Эдуард Полетаев, главный редактор журнала «Мир Евразии», раньше он возглавлял Институт по освещению войны и мира (IWPR), специализирующийся на проведении журналистских расследований. Он знает, как делаются расследования, имеет хороший опыт в международной журналистике, обладает инструментарием. «Журналистскую этику» будет готовить Адиль Джалилов, большой авторитет в журналистике, хороший преподаватель, у него множество кейсов по этой теме. Он же с Эдуардом будет работать над курсом «Аналитическая журналистика» – они оба имеют более чем 10-летний опыт, связанный с анализом событий. «Деловую журналистику» будет вести один из самых лучших журналистов в этой сфере Тулеген Аскаров – у него колоссальный опыт работы в экономических и деловых изданиях, он ведет курс деловой журналистики в университет, и сможет поделиться с преподавателями не только журналистским опытом, но и методами донесения информации до студентов. «Новые медиа» разрабатывает Аскар Шомшеков, один из первой десятки людей, которые в Казахстане развивали блоггинг и интернет-журналистику. «Экологическую журналистику» и «Фотожурналистику» готовит Константин Юдин из Караганды, опытный эколог и фотограф. Здесь имело смысл пригласить именно специалиста, потому что он знает сферу изнутри и видит, какие ошибки журналисты допускают, освещая вопросы экологии.

- Было ли в вашей практике, что журналисты отказывались преподавать или разрабатывать спецкурс?

– В рамках этого проекта – нет, мы изначально видели именно эту группу авторов, так как у них есть и журналистский опыт, и преподавательский.
Вообще в работе за последний год был только один отказ – тогда журналисту не понравились наши гонорары – а они на самом деле небольшие. И это был единственный случай, все остальные с радостью соглашались поделиться накопленным опытом со студентами. Журналистам не жалко, потому что они не хотят развиваться просто самостоятельно, они болеют за журналистику Казахстана в целом.

Рейтинг@Mail.ru